Про сходства и различия

Андрей Медведев написал длинный и нудный коммент про героический эпизод с российскими ЧВК в Сирии. Краткий пересказ: «да, нехорошо вышло, но, поскольку об эпизоде говорят в первую очередь либералы, то идите-ка вы все нахуй!»

Сложный тезис о том, что личность говорящего не влияет на суть говоримого, для многих по-прежнему недоступен. Для многих граждан правильность «дважды два — четыре» все еще на сто процентов зависит от того, сказал это Соловьев или (свят-свят!) Новальны.

Сравнивать же российские и западные ЧВК и правда не совсем коректно — а то сейчас примутся тыкать мне примером с Эдвардом Галлахером или Эриком Принсом, дескать, и у них такая же жесть. Да, жесть такая же, а ситуация другая, потому что в США ЧВК оформлены юридически, военные преступления расследуются, и все причастные знают, что за нарушения с них спросят. 

Да, Трамп заступается за этого спецназовца, и да, некоторым везет выйти сухим из воды, но в обществе, тем не менее, присутствует понимание, что если человек потерял берега, то он должен ответить. В российском законодательстве, однако, никаких ЧВК нет, что раскрывает широчайшие возможности для злоупотреблений. А общество тем временем усиленно приучается к мысли: «кого убили, тот и террорист, и нечего их жалеть», что ухудшает ситуацию в перспективе. Потому что умение отличать добро от зла — это то, что отличает нас от дикарей с готтентотской моралью.

Но многим, как я вижу, нравится быть дикарями.